Патриарх Кирилл: политические амбиции
Патриарх Кирилл (в миру -
Владимир Михайлович Гундяев) никогда особо не скрывал своих политических
амбиций. И тогда, когда был главой Отдела внешних церковных связей МП, и когда
стал Предстоятелем РПЦ.
Предшественники Кирилла, занявшие патриарший престол в советские годы, – от
Сергия Страгородского до Алексия II Ридигера – придерживались концепции
"секторальной Церкви".
Суть ее, вкратце, в следующем: Церковь пребывает в своем социальном "гетто",
окормляет верных, удовлетворяет их интерес к Христианству, но, ни в политику, ни
вообще в дела светских властей не вмешивается. И поддерживает лояльные отношения
с той властью, которая есть – пусть даже самой безбожной.
Собственно, такая позиция была единственно возможной формой выживания Церкви при
советской власти. Впрочем, концепция почти не изменилась и впоследствии, после
развала СССР.
Церковь получила от светской власти богатые материальные дары в виде
недвижимости, земель, денег и даже таможенных льгот, священнослужители
прорвались в СМИ, однако реального политического влияния, а тем более
собственной позиции, отличной от государственной, у РПЦ не было.
Всякий раз, когда позиции светской власти и РПЦ сталкивались в политических
вопросах – например, о преподавании Основ православной культуры в школах – РПЦ
пасовала перед властью и на своей точке зрения жестко не настаивала.
В этом смысле Кирилл – представитель нового поколения. Митрополитом и членом
Священного Синода он стал уже на закате советской власти – в конце 80-тых годов.
И с тех пор исповедовал и проповедовал, насколько это возможно было при прежнем
Патриархе Алексии II, концепцию "тотальной Церкви".
То есть, Церкви, которая может и должна быть своего рода "параллельной властью",
которая может позволить себе иметь собственные суждения по любым социально и
политически важным вопросам. Бесспорно, подобные амбиции в бытность Алексия II
не были реализованы в полной мере.
Теперь ситуация изменилась.
Сравнивая "украинские" речи Кирилла с выступлениями Алексия II (во время его
визита в Украину в июле прошлого года), очевидно, что различия есть и они
существенны.
Если Алексий II придерживался рамок сугубо церковной тематики, то Кирилл много и
охотно говорил о взаимоотношениях церкви и государства, в том числе, в
историческом аспекте.
Он часто критиковал и светскую и церковную власти: "Я глубоко убежден, что в
каком-то смысле раскол – это реакция, в том числе, и на неправильную политику
церковной Москвы".
Или: "Петр сделал одно очень опасное дело для страны – он привил на нашу, в
общем-то не предрасположенную к этому, культурную основу, идею западного
абсолютизма. И церковь потеряла свою независимость".
Не словом, а делом
Кроме того, Патриарх сделал несколько конкретных шагов в направлении усиления
роли Церкви, а главное – себя как Предстоятеля РПЦ.
Во-первых, он провел некоторые административные изменения. Вскоре
резиденция Патриарха, которая сейчас расположена в Чистом переулке в Москве,
переместится в Свято-Данилов монастырь (именно там при Алексии II находился ОВЦС,
отдел, который возглавлял на тот момент Кирилл).
Таким образом, вся церковная администрация разместится в одном месте ("Кремле
Патриарха", – так уже успели окрестить это место), что еще больше централизует
систему управления РПЦ МП. Кроме того, монастыри, подворья и приходы, ранее
находившиеся в ведении ОВЦС МП, перешли в непосредственное подчинение Патриарху.
Во-вторых, он осуществил кадровые перестановки, укрепившие систему его
собственной власти.
Так, на первом после вступления Кирилла в сан Патриарха заседании Священного
Синода РПЦ главный конкурент на выборах Патриарха Митрополит Калужский и
Боровский Климент был освобожден от обязанностей управляющего делами Московской
Патриархии и переведен на "пенсионную" должность председателя ее издательского
отдела.
Исполняющим обязанности управделами Московской Патриархии назначен архиепископ
Саранский и Мордовский Варсонофий, считающийся человеком из окружения Кирилла.
В-третьих, Патриархия
стремится обеспечить себе более широкие контакты со светским миром. С этой целью
созданы новые организационные структуры: Секретариат по зарубежным учреждениям,
а также два новых отдела.
Речь идет об Отделе по взаимодействию Церкви и общества, в задачи которого
входит осуществление связей с органами законодательной, исполнительной властей,
институтами гражданского общества. И синодальный информационный отдел. Проще
говоря – пресс-служба, председателем которой назначен мирянин (впервые в истории
РПЦ) – профессор МГИМО Владимир Легойда.
Кирилл намерен вести более жесткий диалог с властями. Невыполненное обещание
включить в школьную программу учебный предмет по православной культуре, данное
Сурковым (первый заместитель главы президентской администрации) и Фурсенко
(министр образования) не осталось без внимания. Патриарх написал в середине июня
открытое письмо Фурсенко.
Кроме того, Церковь намерена влиять даже на вопросы госуправления и в этом ее
готова поддержать светская власть. Так, по словам единороса Андрея Исаева,
"Единая Россия" намерена согласовывать некоторые законопроекты с Патриархией.
В-четвертых, предлагается новая стратегия популяризации Церкви,
напоминающая, скорее, протестантские методы возвращение мирян в лоно
Христианства. В мае Патриарх встретился с российскими байкерами, благословив их
на проведение байкер-шоу в Севастополе. Осенью Патриархия планирует проведение
многотысячных рок-концертов.
Исторические обстоятельства
Примечательно, что Кирилл стал Патриархом в разгар экономического кризиса.
Российские светские власти оказались во многом беспомощны в борьбе с его
негативными последствиями. Да, политическая стабильность по-прежнему
сохраняется, финансовых накоплений хватит еще на год-полтора, уверяют эксперты.
Однако если ничего не измениться, ухудшение экономической ситуации, а вслед за
этим и социальная напряженность, будут только нарастать.
Не исключено, что именно Церковь, в моменты активизации социального
недовольства, может взять на себя роль социального примирителя.
Есть все предпосылки считать, что по уровню своих амбиций, жесткости,
стратегическому видению путей и возможностей развития России, наконец, талантам
публичного политика, Кирилл превосходит и бывшего и нынешнего президентов РФ. И,
возможно, момент, когда Патриарх выйдет на авансцену российской политики, не за
горами.
Собственно, Кирилл уже активно включился в процесс обсуждения тем и
общегосударственного российского, и мирового масштабов. Так, у РПЦ, как
крупнейшего общественного института, есть свое видение причин возникновения и
путей выхода России из экономического кризиса.
"Кризис – это великий потоп, сметающий нашу экономическую неправду и
сибаритство. …У нас стал нарождаться класс сибаритов и бездельников, которые
сорят деньгами. Господь помогает нам это понять".
Потерянный русский мир
Вне сомнений, что у Кирилла и на российско-украинские отношения есть свой
взгляд, отличный от Кремлевских клише.
За годы правления Путина-Медведева Россия почти полностью утратила влияние на
Украину, перестав, де-факто, играть роль "старшего" брата. Речь идет о
"старшинстве", которое предполагает и предоставление гарантий безопасности
"младшему брату", и перспективы общего привлекательного будущего, и наличие
лучших образцов менеджерских, технологических социокультурных решений.
Постсоветская Россия ничего подобного Украине не предложила – потому и потеряла
свое влияние. Авторитарный сырьевой проект российской политической системы
экспорту не подлежит, так как не воспроизводим в странах, у которых нет больших
запасов нефти и газа.
В этом смысле Кирилл может предложить гораздо более сильный ход, ведь он
обладает неоспоримо мощной идеологией, чего как раз нет у Кремля. (Ну, к
примеру, Москва твердит о неприятии евроатлантических ценностей, при этом весь
российский бомонд поражен тотальным потреблением преимущественно товаров и услуг
западного производства).
Светские власти современной России давно рассматривают Украину исключительно как
бизнес-площадку. Они готовы поддержать любого кандидата на пост президента
Украины, кто гарантирует лоббирование интересов Москвы в экономической сфере.
Патриарху Кириллу нужно больше. Он, похоже, готов вернуть себе Украину всю
целиком. И для него эта битва не проиграна, а Русский Мир, в котором он сам
является не только духовным, но и политическим лидером, – не только фантом
далекого прошлого (как для Путина-Медведева), а вполне вероятный проект
недалекого будущего.
Олеся Яхно |
